Частный детектив — загадочная профессия. Монологи частных детективов

Частный детектив

Частный детектив — загадочная профессия. У читателей книг о Шерлоке Холмсе, Нате Пинкертоне и Эркюле Пуаро мог сложиться романтический образ этих людей. «Сноб» разобрался, сколько романтики в профессии частного детектива на самом деле, почему не стоит следить за Константином Эрнстом, как найти тайную недвижимость мужа и зачем инсценировать собственные похороны.

Детективы-мошенники и охота на Эрнста

Олеся Пухова, частный детектив:

У каждого детектива есть своя специализация. Кто-то занимается выводом людей из секты, кто-то — вопросами бизнеса, кто-то — семейными проблемами. Я чаще занимаюсь поиском пропавших или скрывающихся людей: должников, мошенников, пропавших без вести и потерявших память. А раньше в основном я работала с личными и семейными проблемами клиентов — супружеской неверностью, например.

При расследовании личных дел я думаю как женщина. Все-таки женский образ мышления кардинально отличается от мужского. Если у клиентки проблемы с детьми, то она подсознательно чувствует, что я могу встать на ее место и понять ее. Мужчины чаще обращаются с проблемами в бизнесе. Из частных детективов-женщин в Москве я знаю только одну. В Петербурге еще одну. Два года назад проходила конференция, так на ней вообще было 100 мужчин и я одна.

До того как я открыла свое агентство, я была сотрудником другого агентства. Женщины-клиенты предпочитали работать со мной, а не с моими коллегами-мужчинами. Вот я и решилась на то, чтобы открыть свое агентство только для женщин. Но мне постоянно звонили мужчины со словами: что за дискриминация, почему я не могу обратиться к вам, мне тоже проще работать с женщиной. Думаю, мужчины по личным вопросам охотнее обращаются к женщинам, чтобы не выглядеть глупо перед другим мужчиной.

Частный сыск в России находится на стадии становления, услуги частного детектива все более востребованы. Например, наш клиент — жертва антипиара. Это часто встречающаяся практика: негативные отзывы, личные номера телефонов конкурентов. Мы находим тех, кто это делает. Зарабатывают детективы очень по-разному. Если в среднем, то это 50 000 рублей за месяц. От суммы, которую платит клиент, наш чистый заработок — 10–20%, остальное тратим на информаторов, оборудование и другие нужды.

В основном в частные детективы приходят из правоохранительных органов. Но я — юрист по информационной безопасности. Чтобы работать детективом, нужно получить лицензию, пройдя специальные курсы: то, что на них рассказывают соответствует первым курсам юридического факультета, плюс немного о специфических для профессии вещах. Раньше можно было получить лицензию, просто будучи юристом, потом государство решило, что нужны курсы. К тому же за курсы берут деньги. Но без опыта работы, без юридического образования, без контактов работать будет очень сложно.

Детективное сообщество достаточно сплоченное. У нас проводятся конференции, встречи, детективы хорошо знают друг друга. Еще мы очень дорожим репутацией. Но зачастую клиенты не умеют пользоваться интернетом, не читают отзывы об агентстве — и попадают не на детективов вовсе, а на мошенников. Получается примерно так: «детектив» два месяца тянет с поиском человека, а потом говорит заказчику, что тот, кого ищут, умер. А деньги за поиск, конечно, нужно заплатить. Но все же большинство детективов честные люди, берегущие репутацию, которым лучше уйти в финансовый минус, но сделать дело хорошо.

Олег Пытов, частный детектив:

Ко мне пришли люди и попросили найти человека, проследить за ним, рассказать, как, что, где. Я спрашиваю, что это за человек, зачем он им. Они сказали, что у них есть фотография, и протянули мне ее. Я смотрю на фотографию и вижу Константина Эрнста. Сразу я им сказал, что, ребята, нет, я этим заниматься не буду. Может, конечно, они хотели взять у него автограф, но, может, и что-то другое. Умный частный детектив всегда поймет, когда и чем заниматься не стоит.

В стране кризис, и все вспоминают о своих должниках

Олеся Пухова:

У людей есть проблема с формулировкой своего запроса. Им трудно сказать, чего они хотят и какая информация у них уже есть. Мне приходится задавать очень много наводящих вопросов о том, как пропал человек, какие события этому предшествовали. Чаще всего ищут должников и мошенников — последние несколько лет это основная категория поиска. В стране кризис, и все вспоминают о своих должниках.

Мы находим должников, а дальше уже не наша работа. Часто клиенты считают, что мы можем им помочь выбить долг, но нет — мы не коллекторская компания и не юридическая.

Я работаю одна. У меня есть помощники, располагающие фрагментами информации, которые я выдаю им для работы, но сумма фрагментов есть только у меня. Поэтому много дел сразу я обрабатывать не могу. В среднем беру 10 дел в месяц: примерно пять из них будут по поиску людей, два — семейные проблемы, супружеская неверность, и три — это проблемы бизнеса. Без вести пропавшие — это самая тяжелая категория. Самый длинный поиск такого человека в моей практике — 1 год и 3 месяца. Долго, но в итоге мы справились: девушка нашлась живой в другом городе.

Кроме должников иногда ищем родственников и друзей. Например, мужчина жил с гражданской женой. Потом он пропал. Позже его женщине позвонили друзья и рассказали, что он умер, кремирован и похоронен. Но интуиция привела ее к мысли, что что-то не так, нужно проверить сообщение о смерти. Тогда женщина обратилась ко мне. Конечно, это выглядело, будто она сумасшедшая, ведь есть урна с прахом с фамилией ее гражданского мужа, а она говорит, что не верит в его смерть. Но я ей поверила, и в ходе расследования выяснилось, что она оказалась права: мужчина нашелся в другом городе. Видимо, его любовь к гражданской супруге прошла, но он не решился сказать об этом. Поэтому он просто имитировал собственные похороны — это оказалось проще.

Олег Пытов:

Один мужчина направился на автобусе из города А в город Б. Он ехал с какого-то торжества, возможно, со свадьбы, соответственно, выпивший. Всю дорогу в город Б он балагурил, даже проявлял агрессию. Но все терпели. И вот ночью, во время очередной остановки автобуса он вроде как еще нашел, что выпить. Пока он выпивал, пассажиры вернулись в автобус. То ли не заметили его, то ли рады были, что этот пьяный мужчина не вернулся, но автобус тронулся. Родственники мужчины, не обнаружив его на автобусной станции в городе Б, подняли тревогу. Они обратились в полицию и ко мне.

Что детектив делает в первую очередь? Устанавливает место происшествия. Из разговора с водителем автобуса я узнал километр трассы, на котором была остановка, где предположительно и пропал мужчина. Прежде всего мы связались с ближайшими пунктами полиции и больницами. Но у них никого не нашлось. Недалеко от места исчезновения было несколько деревень, куда мы и отправились. Кто-то сказал, что видел пьяного, который шатался по округе, но больше ничего о нем неизвестно. Дальше мы расширяли географию — связывались с более и более дальними полицейскими участками и больницами. Связались с Бюро несчастных случаев, они хранят информацию о смертях. Нигде ничего.

Полгода зацепок не было. Мы продолжали опрашивать жителей окрестных деревень. И вот прошел слух о том, что у какой-то женщины появился мужчина не из местных. Что за мужчина, кто он такой, откуда в деревне, в которой все друг друга знают? Как потом оказалось, это был наш человек.

Выяснилось, что, пьяный, он бегал через дорогу, и его зацепила машина. Он отлетел, ударился головой и остался лежать на дороге без сознания. Водитель, зацепивший мужчину, скрылся. Через какое-то время мимо проезжала женщина. Она увидела мужчину, подобрала его. Стала думать: что делать? Больница в другой стороне ведь. Так что она решила отвезти его к себе домой. Утром она все же отвезла мужчину в больницу. Серьезных травм головы не было, но память отшибло напрочь. До тех пор, пока мы не нашли мужчину, они жили вместе. Была ли у них любовная связь, мне неизвестно.

Как поговорить с соседом, чтобы он не понял, о чем его спросили

Олег Гросу, частный детектив:

Жена, обращаясь к нам, хочет разыскать имущество, которое муж заработал в совместном браке, но не оформил должным образом на себя, а оформил на третьих лиц. Это могут быть квартиры, земельные участки, загородные дома — в России и за границей. Наша задача в том, чтобы выяснить, имеет ли этот человек такое имущество, имеет ли он отношение к какому-то дому. Дом может быть оформлен на Васю Пупкина, но Васю никто никогда здесь не видел, зато видели этого мужа. Это становится известно из опросов соседей и других людей. Как правильно поговорить с соседом, чтобы он не понял, о чем его спросили, — в этом и кроется наш профессионализм. Есть случаи, когда нам не надо показывать удостоверение частного детектива. Люди у нас добродушные, ничего не скрывают. Как правило, информацию можно получить из открытых источников и из бесед с соседями.

Олеся Пухова:

Разница между полицией и частным детективом в том, что для проведения официальной следственной работы нужны правовые основания. А зачастую таких оснований у клиентов нет. В России до сих пор не привыкли заключать никакие договоры. Мне приносят расписку: Иванов Иван такого-то числа взял столько-то денег — и все. Никаких условий и данных не прописано, а значит, юридической силы расписка не имеет. Люди или совсем неграмотны юридически, или слишком доверяют окружающим. Но бывает, что обращаются и с правильно оформленными договорами о долге. Тогда дело в сроках: если запрашивать информацию через правоохранительные органы — это займет недели. Но поиски лучше начинать «еще вчера».

Бывает, что человек несколько раз обращается за помощью. Чаще всего такое случается в бизнесе. Если клиент пришел, то он остается на обслуживании. Я помогаю в проблемах с персоналом, с партнерами. Например, в большой компании, занимающейся продажей одежды, прошли слухи о том, что кто-то ворует вещи. По итогам расследования оказалось, что несколько сотрудников открыли интернет-магазин и успешно продавали товары в течение пары лет. Как я это делаю? Я не раскрываю свои секреты. Методы работы остаются при мне.

Олег Пытов:

В компанию, занимающуюся производством кондиционеров, меня позвал генеральный директор — назовем его Иван. Поначалу у них все было хорошо, но потом вдруг продажи резко упали, контракты получали их конкуренты. Стали смотреть, что к чему — вроде все делается как раньше. Я попросил списки тех, кто устраивался на работу в то время, когда появились проблемы. Было несколько позиций: от грузчика до менеджера по рекламе. Для себя я определил двоих, которых решил проверить прежде всего.

Прежнее место работы одного из них, которого назовем Петр, — компания, производившая промышленные охладительные системы. Отзывы об этом мужчине от генерального директора той компании замечательные. Но что-то меня в Петре настораживало. Я стал проверять его ближайших родственников. Оказалось, что муж его дочери работает в конкурирующей с Иваном компании.

Петр занимал высокую должность, у него был доступ к технологиям компании. Скажем, он работал в нашей компании А, его зять владел компанией Б, а еще была компания В. Так вот, этот Петр, с целью улучшить материальное положение дочери, передавал технологии в компанию Б зятю, а через нее компании В! Все это делалось с целью сокрытия утечки конфиденциальной и коммерческой информации. Ведь если бы компания Б стала использовать эти технологии, то сразу всем стало бы все понятно. В этой же схеме третьесортная компания В получала нужное, а зять, работающий в Б, — деньги.

Все это в итоге вскрылось. Петр уволился по собственному желанию, уголовное дело не завели.

Бейсбольная бита и сохраненный брак

Олег Гросу:

Обычно к частному детективу обращаются люди, на 99% уверенные в том, что что-то происходит. Им не хватает только подтверждающих данных, чтобы, например, при разводе правильно разделить имущество, деньги, детей. Радует то, что часто расследования по семейным проблемам заканчиваются хорошо: супруги прощают друг друга.

Однажды ко мне обратилась дама, она хотела узнать, не изменяет ли ей ее муж — назовем его Степан. Несколько раз она замечала на муже, вернувшемся с работы, женские волосы. Иногда от него пахло женскими духами. Я согласился взять это дело и отправил своих помощников проследить за ним. Утром Степан на машине поехал на работу, мои помощники отправились за ним, припарковались недалеко от его офиса и стали наблюдать. Целый день они провели в машине. К вечеру Степан вышел из офиса сел в авто и поехал — мои помощники следом за ним. Добрались до Битцевского парка, в те годы туда еще можно было заехать.

Людей в парке было немного: гуляли с собаками, с детьми, были парочки влюбленных. Вскоре приехал автомобиль, из него вышла женщина. Наш клиент с этой женщиной в обнимку стали гулять. Мои помощники сделали несколько фотографий и продолжили наблюдение.

Наступили сумерки, люди разошлись. Остались гулять Степан с женщиной и мои помощники, больше никого. В итоге Степан заметил, что за ним следят. Через некоторое время он и его женщина сели по своим машинам и поехали. Мои помощники за ними. Получилась колонна — Степан, его женщина и мои помощники в хвосте. Наш клиент заехал во двор, за ним его женщина. Двор был темный, и первую машину видно не было. Женщина выехала из двора, помощники за ней, Степана видно не было. Тогда помощники заметили, что он едет за ними, сзади — теперь преследовали моих ребят.

Они позвонили мне, спрашивают: что делать? Я сказал им, чтобы они возвращались в наш офис. Фотографии уже есть, дело сделано. Помощники бросили наблюдение, уехали, а Степан за ними. Ездили так по городу, выехали на МКАД. Изменщик сравнялся с машиной моих помощников, открыл окно и стал им кулаком грозить, угрожать. Потом он подрезал машину, чуть не случилось ДТП. Помощники остановились. Степан вышел из машины: здоровенный такой, с битой. Мои тоже вышли из машины, их было трое: водитель и двое помощников, тоже ребята не хилые. Степан посмотрел на них и не решился атаковать.

Он вернулся домой, устроил скандал, но, успокоившись, поклялся больше не изменять. Супруги остались вместе.

Источник